Международный университетЗлость опасна только если ее подавлять.
Научись управлять ей на живом интенсиве.
от лат. aggredi — «двигаться к»
Это то, чем мы приближаемся, выбираем, желаем, отделяемся. Женщина, которая не может злиться, не может и хотеть.
Соглашаешься, впускаешь — а потом ищешь, как выйти. Отказ ощущается как агрессия, которую себе не разрешаешь.
Не чувствуешь, чего хочешь — ни в работе, ни в теле, ни в отношениях. Вкус пропал вместе со злостью.
Не умеешь брать своё: результат, деньги, время, признание. Отдаёшь ресурс без счёта и живёшь в истощении.
Это не три разные проблемы. Это одна и та же заблокированная функция
— и работать с ней надо там, где она застряла.
Что я чувствую и где именно. Телесно-ориентированные практики находят место, в котором злость остановили, — челюсть, горло, диафрагма.
Кому это адресовано и почему запрещено. Без этого шага разрядка держится две недели, а потом всё возвращается.
На рынке есть тело без анализа — катарсис и разрядка. И анализ без тела — интеллектуализация.
Сцепки почти ни у кого нет. Мы собираем интенсив именно на ней.
Тело держит слова, которые психика не разрешает произнести. Вместо того, что думаешь на самом деле, — «ладно, забудьте».
Несогласие, которому не дали выйти голосом. На созвоне промолчала, а вечером слёзы «без причины». Причина была утром.
То, что не смогла переварить психика: чужую бесцеремонность, невозможность отказать, ситуацию, где промолчала вместо возражения.
Опоздать на встречу, которую не хотелось. «Забыть» о чужой просьбе, не сказав «нет» прямо. Сделать не так — и удивиться претензии.
Разлитая чашка чая становится поводом для скандала: настоящая злость копилась неделями и ни разу не прозвучала вовремя.
Там, где нужно было разозлиться, включаются слёзы: злость под запретом, а слёзы санкционированы — за них не накажут.
Невозможно просто полежать без ощущения, что кто-то за это расплачивается. Даже отпуск идёт с фоновой тревогой.
Берёшь чужие задачи. Соглашаешься на невыгодные условия. Потому что отказ ощущается как нападение.
01
Молчишь в конфликте, а нужные слова находишь через два часа
02
Терпишь до последнего, срываешься так, что самой страшно, и потом сгораешь от стыда
03
Не можешь обозначить границу: соглашаешься, впускаешь — а потом ищешь, как выйти
04
Живёшь в чужих потребностях и не можешь ответить, чего хочешь сама
05
Не чувствуешь желания — ни в работе, ни в теле, ни в отношениях
06
Не умеешь присваивать своё: результат, деньги, время, признание
07
Растворяешься в отношениях и теряешь себя, лишь бы не остаться одной
08
Не можешь быть спокойной, пока рядом кто-то недоволен: чужое раздражение тяжелее собственного
09
Отдаёшь ресурс без счёта и живёшь в хроническом истощении
10
Срываешься на детей и близких — потому что на всех остальных злиться нельзя
Три основных дня: теория и телесные практики. Бонусный профессиональный разбор — в расширенном тарифе.
Авторский гипноз на возвращение права защищать себя — и хотеть
3 дня интенсива, практики в прямом эфире
Рабочая тетрадь с практиками и техниками
Личная карта границ, с которой работаешь весь интенсив
Протокол «после срыва» и план на 30 дней
Авторский гипноз
Живая группа и чат с участницами
Протокол отката: что делать, когда система даст отпор
Границы в кабинете: клиент, который сливается,
и клиент, который атакует
Отдельный день для психологов,
психотерапевтов и телесных практиков.
«Злость — первое, что девочке запрещают, и последнее, что женщина решается себе вернуть».
Ко мне годами приходят женщины, у которых «всё хорошо»: держат работу, семью, чужие настроения — и при этом не могут сказать «нет» без чувства вины. Почти всегда за этим стоит одно и то же: злость, которой когда-то запретили выходить наружу.
Я собрала интенсив так, чтобы работать сразу в двух слоях — телом, потому что там запрет и держится, и анализом, потому что без него разрядка не держится дольше двух недель.
Телесные практики поднимают материал быстрее, чем разговор, и поэтому подходят не в любом состоянии. Если сейчас острая фаза травмы, расстройство пищевого поведения, панические состояния или беременность — интенсив стоит отложить и сначала опереться на личную терапию. Это не «вам нельзя», а вопрос дозировки: сильное лекарство принимают не на голодный желудок.
Это один из четырёх мифов, которые мы разбираем на втором дне. Страх «не остановлюсь» держится ровно на том, что злость никогда не выходила дозированно — только копилась и прорывалась. Когда у аффекта появляется адресат и язык, он перестаёт быть неуправляемым: его больше не нужно копить до взрыва.
Там границы обычно дают как навык: скрипт отказа, три фразы, которые надо выучить. Скрипт не работает, если внутри нет разрешения на сепарацию — вы просто не сможете его произнести в нужный момент.
Мы работаем с психической структурой: с внутренним судом, который наказывает за злость, и со вторичной выгодой «удобности». И делаем это через тело — потому что именно там запрет и держится.
Нет. Разрядка без символизации — ровно то, от чего мы отстраиваемся: побила подушку, через две недели всё вернулось. Практики на интенсиве телесные, но тихие: границы рукой и голосом, дыхание, работа с челюстью и горлом, сканирование удержаний.
Камера не обязательна. Вы сами решаете, включать её или нет.
Нет. Четвёртый день — это работа с чужой агрессией в кабинете: сеттинг, перенос, скрининг, противопоказания. Если вы идёте для себя, берите базовый тариф: вся личная часть в нём целиком, ничего не урезано.
Да, записи эфиров остаются с вами. Но телесные практики стоит проходить живьём хотя бы частично: в группе они работают иначе, чем в записи — злость проверяется на людях, а не наедине с экраном.
Это предсказуемая часть процесса: система — муж, мать, начальник — привыкла к прежней вам и сначала даёт отпор. Поэтому в интенсив входит протокол отката: что делать в первые недели, как отличить сопротивление системы от собственной ошибки и как не откатиться в «удобную» обратно.
Обычно наоборот: материал, который поднимается на интенсиве, хорошо ложится в работу с вашим терапевтом. Предупредите его о датах — и посмотрите блок «когда лучше прийти позже» выше: если сейчас острая фаза, лучше сначала опереться на терапию.
Группа живая — это принципиально: «хорошая девочка» воспроизводится именно в контакте, и поле группы даёт увидеть это в реальном времени. При этом степень включённости выбираете вы: писать в чат, говорить голосом или оставаться наблюдателем — всё это рабочие варианты участия.
Первый опыт злости в безопасном пространстве — и разрешение хотеть, которое возвращается вместе с ней.
